Site icon Полемика

С. Жила: «О фактах сексуального насилия в театрах нужно говорить честно и доказательно, без хайпа и самопиара»

нужно говорить честно и доказательно, без хайпа и самопиара» » src=»https://polemika.com.ua/wp-content/uploads/kultura/80694a831ae6bdac702c7105dd842b2b.jpg» alt=»С. Жила: «О фактах сексуального насилия в театрах нужно говорить честно и доказательно, без хайпа и самопиара»» width=»100%» />

В Сети набирает обороты нешуточный скандал на тему сексуального насилия в театрах. Украинские артисты уже запустили в Facebook флешмоб, дабы привлечь внимание к этой теме, под девизом «Мое тело — мое дело». Они призывают не замалчивать психологическое и физическое насилие со стороны режиссеров и преподавателей. Кстати, одна из актрис обнародовала расценки на выполнение конкретных секс-задач в спектакле. Так, задача «снять лифчик» на сцене оплачивается в размере 1000 грн, «имитировать секс с партнером» — столько же, а вот «облизать фаллоимитатор» предлагается за 500 грн. В частности, продюсера и руководителя столичного Театра «Актер» обвиняют в абьюзе, то бишь в насилии в широком смысле этого слова. О причинах и мотивах раздувания скандальной истории с секс-насилием в театрах с корреспондентом ГолосUA побеседовал художественный руководитель Театра «Актер» Слава Жила.

-Слава, почему вы выставили такие низкие расценки за работу актрис с продукцией из секс-шопа? Неужели нельзя было подороже?

— Не могу сказать, что цены низкие, так как это театр, а не кино. Зарплата в Театре «Актер» минимальная и составляет 3500 грн в месяц. Мне кажется, что 1000 грн за 5-минутное участие — в рамках театрального рынка — это не такие уж и малые деньги, особенно во время карантина, когда отрасль с нулевым оборотом денег уже больше двух месяцев. Естественно, что если бы у меня был бюджет в 1000 долларов, я бы предложил и 1000 долларов.

— Много ли нашлось желающих актрис принять участие в вашем театральном эксперименте?

— Я провел переговоры с небольшим количеством актрис (до 10 человек), и все актрисы для данных сцен 18+ нашлись.

— Есть ли черта, за которой завершается эксперимент и начинается унижение личности и насилие?

-Давайте для начала разберемся, что такое насилие. По данным ВОЗ, насилие — преднамеренное применение физической силы или власти, действительное или в виде угрозы, направленное против себя, против иного лица, группы лиц или общины, результатом которого являются (либо имеется высокая степень вероятности этого) телесные повреждения, смерть, психологическая травма, отклонения в развитии или различного рода ущерб. Нет ничего подобного в моем спектакле. Все театрально подготовлено и поставлено в лучших традициях Голливуда и украинского профессионального театра.

— Должны ли быть в театре табу на темы, на сценические приемы? Для вас есть такие табу?

— Культура — это система самоограничений, и моя свобода закончится там, где начнется ваша. Мне, кажется, что если человек вменяемый, то он никогда не будет умышленно переходить грани, которые изобрело общество. Мне, например, мешает мат на сцене и суржик, но современный театр без этого никуда. Каждый определяет эти табу лично для себя. Постулатов нет. Важно, чтобы сценические приемы не переступали букву закона.

-Часто ли актеры отказываются от режиссерских решений, если эти решения вопреки их мировоззрению и принципам?

— Часто. Сколько знаю себя, столько актеры отказываются делать то, что просят режиссеры, даже если это в рамках приличия. Еще есть такой прием, когда артисты соглашаются на репетициях, а потом на спектакле делают по-своему.

— Не пора ли вернуть в театры худсоветы, чтобы избежать подобных скандалов?

— Я думаю, что сейчас театры висят над пропастью так же, как и вся страна, когда старая система практически разрушена, а новую еще никто не построил. Вокруг этой темы насилия (в соцсетях, в частности) есть и искренняя боль некоторых людей — их можно понять и можно им искренне посочувствовать. Но есть и откровенное лицемерие.

-Почему лицемерие?

— Потому что весь театральный Киев прекрасно знает, что студенток творческих вузов некоторые педагоги на занятиях по актерскому мастерству иногда заставляют изображать оргазмы или заставляют бегать нагишом по сцене в студенческих спектаклях. Об этом лицемерно молчат — и актрисы, и родители студенток. В случае с независимым театральным проектом для взрослых людей вдруг возникает хайп. Именно хайп, как форма привлечения внимания в первую очередь к себе, а не к серьезной проблеме. При этом проблема существует. И об этом надо говорить, но говорить объективно, честно, аргументировано, доказательно, без охоты на ведьм и без попыток самопиара.

-Какой самый скандальный откровенный спектакль вам приходилось смотреть?

-Самые откровенные спектакли для меня «Войцек» франкфуртского «Шаушпиле», «Киллер Джо» Театра Наций, еще в Женеве я смотрел в рамках фестиваля моноспектакль «Я собака». Но для Европы откровенные спектакли с обнаженными телами совершенно нескандальны. Это нас шокировала обнаженная Оксана Батько в «Истерии» у Гладия, когда для Европы уже 10-20 лет назад это было обычной практикой.

— Ваше мнение о скандале вокруг фильма «Дау»?

— У меня нет мнения касательно господина Хржановского, я не смотрел фильм «Дау» и не планирую этого делать ближайшее время, так как не хочу, чтобы улеглись все страсти, и я смог воспринять акт искусства без предубеждений.

-Как вы оцениваете работу Оксаны Черкашиной в знаменитом спектакле «Плохие дороги»?

-. Оксана Черкашина — признанная актриса. «Погані дороги» получил кучу премий и признаний, вошел в один слот со спектаклем «Схід-Захід» Театра «Актер», которым я руковожу, для представления Украины на фестивале в Кракове. Я не оцениваю никого отдельно в этом спектакле, так как я смотрел премьеру, и она для меня казалась целостной. Это очень хороший спектакль

-В спектакле вашего театра «Бойцовский клуб» один актер (говорят, это ваш брат) обнажается, демонстрируя гениталии залу… Есть ли возмущенные? Часто ли зрители оставляют зал после этого и пишут жалобы?

— Никогда не от кого я не слышал возмущений о «Бойцовском клубе» ни по вопросу мужских гениталий, ни по теме женского обнаженного бюста. Мне кажется, что на этот спектакль шли, в том числе и из-за откровенностей, которые часто отсутствуют на нашей сцене.

-Почему из репертуара выпали спектакль по пьесе Сары Кейн, достаточно откровенный для отечественного театра?

— «Психоз» Сары Кейн был снят с репертуара из-за того, что на него просто не ходил зритель. Мы даже устраивали совместный показ с Диким театром, чтобы изменить целевую аудиторию. Но, к сожалению, всегда собиралась только треть зала. И спектакль приносил убытки и еще раз убытки.

-Как ваш театр хочет преодолеть застойный период карантина и с чем хочет вернуться осенью-зимой к зрителю?

-Сложный вопрос. Я думаю, что это очень непростой период для всех театров. И он еще не завершился. Мы готовим три премьеры: «Эстроген» Марины Смелянец, «Тойбеле и ее демон» по Башевису-Зингеру, Таня Шелепко запускает историю про Галу и Сальвадора Дали, а я планирую выпустить zoom-спектакль «Мистер Баттерфляй».

 

По материалам: Голос

Exit mobile version